Ради чего Ющенко расколол Украину
Гуманитарные последствия «оранжевой пятилетки»: Мазепа, Бандера, Батурин. Голодомор и другие – как инструменты грубого перекорёживания украинского менталитета.
Виктор Ющенко дал Степану Бандере героя Украины без всякой ритуальной логики. Этого награждения многие ждали от президента ещё год назад, на столетний юбилей вождя украинских националистов. В крайнем случае, на 101-й день рождения Бандеры 1 января 2010 года – аккурат накануне первого тура президентских выборов, чтобы отмобилизовать западноукраинский электорат. Однако Виктор Андреевич дождался результатов подсчёта голосов и только тогда метнул орден из своего бандеровского схрона, как гранату.
Так что с выдержкой у Ющенко всё в порядке. Весь президентский срок он проводил исключительно последовательную политику в гуманитарной сфере, магистральным путём сквозь оранжевую эпоху им. Виктора Ющенко прошли герои ОУН–УПА, Мазепа, жертвы Голодомора, проекты поместной церкви и вопросы «державной мовы». Кто-то может сказать, что эта политика была совершенно провальной, – и ошибётся на все 100%. Ющенко не мог и вряд ли собирался в рамках пятилетнего президентского срока навязать украинцам новую самоидентификацию. Это невозможно в принципе. Виктор Андреевич пахал не так глубоко, президент сосредоточился лишь на конфликтных для России и Украины точках. И в этом деле он преуспел.
К моменту инаугурации Виктора Ющенко героям ОУН–УПА грех было жаловаться на свой статус в украинской державе. На малой родине (в рамках трёх областей – Ивано-Франковской, Тернопольской и Львовской) к их памятникам возлагали цветы, а на юбилеи в их честь проводили факельные шествия. Они прописались в учебниках истории. Уже подрастало поколение, которое относилось к соратникам Степана Бандеры если не лояльно, то уж во всяком случае – равнодушно. Виктор Андреевич приложил немало усилий для того, чтобы всколыхнуть это болото.
Уже в феврале 2005 года президент Ющенко запустил явно провокационную тему примирения ветеранов Красной Армии и УПА – примирения, в котором не нуждалась ни та, ни другая сторона. Ну, не подали бы они друг другу руки. Не подали бы ни при каких обстоятельствах. Однако дискуссия пошла. Регулярно подбрасывая свежие информационные поводы, Виктор Ющенко добился того, что тема УПА не сходила с повестки дня на протяжении последующих пяти лет. В октябре 2006 года он подписал указ о признании ОУН–УПА воюющей стороной. В октябре 2007 Роман Шухевич посмертно получил «Героя Украины». Практически каждые полгода поднимался вопрос сооружения тематических памятников. Теперь вот Степан Бандера…
Сказать, что героев УПА после этого невзлюбили – это ничего не сказать. Виктор Андреевич играл с огнём. Масштабы чуда, которое отвратило Украину от гражданских конфликтов во время президентского срока Ющенко, остались ещё неоценённым современниками. Бандера, Мазепа и, в меньшей степени, Голодомор реально сталкивали украинцев друг с другом. Виктор Ющенко, фактически, ставил вопрос: «Признаёте ли Вы, что Москва всегда стремилась уничтожить Украину и украинцев»? Да или нет?
Именно этот бескомпромиссный выбор был целью исторических реконструкций Ющенко. А всё остальное – трипольские горшки, патриархальные ценности, нарочитое хуторянство – было лишь антуражем, хобби, которым Виктор Андреевич увлекался в нерабочее время.
Исторические сюжеты раскручивались в последовательности сериала. С тем же Мазепой вначале был президентский указ, потом – памятник, за ним – день рождения гетмана, дальше – глорификация Батурина и, наконец, Полтавская битва.
Голодомор, который был объявлен главным национальным символом прошлого, шел в режиме нон-стоп. Достаточно сказать, что каждое посольство Украины за рубежом получало разнарядку на количество мероприятий, посвящённых событиям 1932–1933 гг. Результат был вполне предсказуемым. Одна из наиболее трагичных страниц нашей истории превратилась в политический фарс и опустилась на один уровень с телевизионными ток-шоу. Однако это было не единственное последствие.
История, язык и вера. Благодаря Виктору Ющенко эту триединую формулу национального самоопределения примерил на себя чуть не каждый гражданин Украины, вынужденный сделать выбор – за кого он.
Содействуя «диалогу церквей», президент усилил раскол между московским и киевским патриархатом, а также чётко закрепил в сознании православных, что они ходят в храмы разных конфессий. При Ющенко многие чиновники на Востоке страны перестали мучить украинский язык и честно перешли на родной русский. Украинские субтитры, ставшие обязательными для всех национальных телеканалов, являются раздражающей зрителя пародией на связный текст.
Казалось бы, Виктор Ющенко своими гуманитарными инициативами обесценил буквально всё, к чему прикасался. Всё, что по словам президента – близко ему и дорого. Взамен он сотворил трещины раскола, которые ещё долго не позволят Украине делать резких движений в сторону России (а фактически – и в сторону Европы). Нет оснований думать, что сам Ющенко считает этот обмен в чем-то неравноценным.
Валентин Жаронкин, Однако Украина
